Jennifer L. Meyer

Jennifer L. Meyer закончила школу изобразительного искусства: BFA in Illustration.В настоящее время проживает на севере штата Массачусетс. Дженнифер Л. Мейер иллюстратор детских книг

песня говно, исключительно за голос кеша

Холодное сердце, а как же иначе
Снаружи просто камень, но внутри оно плачет.
Удача отвернулась, вместо неё теперь другая.
То что, мечтал, тупо забываю.
Что сожалею, поспорю, пожалуй.
В этот раз, наверное, я обошелся кровью малой.
Хлопнула дверь, рассыпая остатки пыли.
Пламя погасло, и мы вместе с ним остыли.
Боль в голове, память в осколках.
Привести себя в порядок, как старые книги на полках.
Слабые попытки последнего слова
Все что сказано, снова повторять бестолково
Были вопросы, к чему - не понятно
Обычное дело, но выходит так не приятно
Бессонница должна быть вроде,
Она проходит, она всего лишь проходит
Всего лишь проходит

вайвайвай

нечего рассказать.уйма дел,уроков,много учить по биологии.писец.
думала забросить книги и восседать только над биологией,но как-то не выходить,сдам сдам.если нет пойду на завод.

Шедевры от уральского мастера Юрия Деулина.

В Екатеринбурге в магазине книжных раритетов и исторических артефактов «Букинист» (Вайнера, 14) открылась уникальная выставка «Шедевры в игольном ушке» уральского мастера Юрия Деулина.
В экспозиции представлены семь микроминиатюр: «Лев», «Весы», высота которых 1 мм, «Цветок в кувшине», «Золотой телец» высотой 1,2 мм, «Скорпион», «Стрелец на шаре» - 1,3 мм и микроминиатюра «Книга А.С. Пушкина», странички которой - 0,5 x 0,7 мм.
Работы выполнены из золота, стали и стекла и помещены в игольных ушках. Книгу А.С. Пушкина посетители могут увидеть с помощью микроскопа, все остальные работы представлены в специальных футлярах с оптикой, помогающей детально рассмотреть фигуры.
Работы чрезвычайно трудоемки и требуют специальных навыков. Их стоимость - 7000-10000$. Мастер сетует, что за 15 лет ни одна его миниатюра в Екатеринбурге не была куплена, хотя в Москве они приобретаются очень активно.
Работы Ю. Деулина хранятся в коллекциях Папы Римского в Ватикане, В. Путина, Г. Вишневской и в других частных коллекциях.
Выставка будет работать до 10 ноября, ежедневно с 10:00 до 20:00.
Вход свободный.
Микроминиатюра "Цветок в кувшине - в игольном ушке" (золото, сталь, стекло). Длина 1,2 мм, стебли в 50 раз тоньше человеческого волоса

Чтобы окончательно доказать, что книга всё-таки философская (это вам не хер собачий!),

Сегодня в метро, под тяжёлый стук колёс косилась взглядом на книжки соседей. Уже давно не молодая женщина, из тех, кого так легко причислить к определённому типажу людей, была коротко пострижена, стандартно накрашена и традиционно держала на упитаных коленях черную кожаную сумку и пёстро-ободранный пакет. В руках шелестела часто переворачиваемыми страницами книга с обложкой из голубого неба с облаками, как бы намекающими на глубокий философский подтекст содержимого - для тех, кто так и не понял при прочтении.
Чтобы окончательно доказать, что книга всё-таки философская  (это вам не хер собачий!), а не какая-нибудь желтизна туалетнобумажная в виде "бестселлера этого века" и "книги, которую все так ждали", издатели присобачили к безобразно голубому небу безобразно красный шарик и крупно подписали *Имя Автора* и заголовок: "Исполнение мечты или Последняя лекция". 
Заголовок доставлял. Получая несказанно самодовольное чувство превосходства, какое бывает, когда ловишь окружающих людей на интимно-личном пристрастии (а литература к таковому относится) к чему-нибудь феерически тупому, я принялась за косоглазое чтение.
Автор самозабвенно и взахлёб повествовал о своей жизни, биографии и переживаниях: достаточно общепринятых и достаточно поверхностных, чтобы быть понятными плотной людской массе и не вызывать интеллектуального брожения. Ключом к счастью и Ответом на все вопросы на этот раз признались Мечты их их вопрощение в жизнь. Для пущего торжества Философской Мысли, мечты требовались непременно детские и, конечно же, самые заветные. Лично автору хотелось научиться летать, сделать радугу и чтобы купили трактор.
На пункте перечисления авторских мечт меня доставлять перестало и, как и полагается всякому уважающему себя само-мозгоёбу, я загрузилась.
Так прошло около получаса, пока неживой голос тётеньки не объявил Войковскую, и я не ушла домой.
Скоро я поняла.
Когда я была маленькой, в моём категорически неправильном детстве были категорически неправильные мечты: мне хотелось, чтобы родители никогда не умирали, чтобы я - никогда не вырастала, а привидения из сказок существовали на самом деле.
Надо написать автору. Чтобы рассказал, как это - исполнить мечты, которые не исполнятся никогда.

Одесса

Такое впечатление, что некоторые специально ищут повод, чтобы поругаться. Однажды ехала в электричке, и услышала как старенький дедушка спорил с продавцом любовных романов:
- Это ты что такое сказал? Правильно говорить не Одесса, а Одэсса!
Продевец не остался в долгу, и грубо ответил:
- Ты, дед, сиди и помалкивай. Любой коренной одессит тебе скажет, что правильно - Одесса, - затем повернулся к другой пассажирке и милым голосом продолжил, - Возьмите эту книгу, не пожалетее. Здесь такие страсти!
Пассажирка только открыла рот, чтобы ответить, как дед подскочил на сидании:
- Я тебе сказал - правильно говорить Одэсса, а не Одесса, Одесса, - ехидно кривлялся дед, и подняв вверх кулак, выкринул - Хамло такое, меня учить вздумал!
- Слушай дед, - надменно ухмыльнулся продавец. - Не расстраивайся, может, к концу жизни накопишь денег на билет, съездишь посмотришь, как говорят в Одессе. Хотя, куда тебе, скоро уже умрешь.
- Да я в Одэссе шесть лет прожил, кому ты говоришь!...
- Шесть лет? Не удивительно. Тебя оттуда и погнали палкой, за твою Одэссу. И правильно сделали, - фыркнул продавец и с довольным видом ушел в другой вагон.
Дед вскоре успокоился. Но я до конца пути не могла избавиться от навязчивой мелодии. В детстве одна девочка пела непристойную песню про голых женщин из Одессы. Но как я ни старалась, не могла вспомнить, как она произносила название города.

Книжков кому?

Есть
- Русская романтическая поэма (Пушкин, Лермонтов, Жуковский и еще много),
- Горький "Фома Гордеев", "Дело Артамоновых"
- Горький "Жизнь Матвея Кожемякина"
- Громыко "Цветок камалейника"